20 августа 1985 года в Иран доставили 96 американских противотанковых ракет TOW. Отправителем выступил Израиль — государство, которое руководство Исламской Республики уже несколько лет открыто называло своим врагом. В сентябре последовали ещё 408 ракет, а в ноябре — партия зенитных ракет HAWK. Поставки проходили с ведома администрации президента США Рональда Рейгана.
История и факты | НАновости
Автор: Стас Шифер
Эти сделки стали частью скандала «Иран — контрас», который разразился в Вашингтоне в ноябре 1986 года. Выяснилось, что американское оружие тайно продавали Ирану, а часть полученных денег использовали для финансирования вооружённой оппозиции в Никарагуа вопреки ограничениям Конгресса. Израиль оказался одним из центральных участников операции, хотя финансовую схему помощи никарагуанским повстанцам организовывали американские представители и частные посредники.
Однако израильские поставки оружия Ирану начались задолго до Рейгана и продолжались даже после Исламской революции 1979 года. Чтобы понять причины этих сделок, необходимо вернуться в период, когда Тегеран был одним из важнейших негласных партнёров Израиля на Ближнем Востоке.
Когда Иран был стратегическим партнёром Израиля
При шахе Мохаммеде Резе Пехлеви между Израилем и Ираном существовало тесное военное, разведывательное и экономическое сотрудничество. Оно не оформлялось полноценными дипломатическими отношениями: Тегеран учитывал позицию арабских государств и не признавал Израиль в полном юридическом смысле. Но практическим связям это не мешало.
В конце 1950-х годов израильский премьер-министр Давид Бен-Гурион развивал так называемую доктрину периферии. В условиях конфликта с соседними арабскими государствами Израиль искал партнёров за пределами непосредственного окружения. Среди них были Иран, Турция и Эфиопия.
Иран подходил для этой стратегии особенно хорошо. Он не был арабским государством, располагал крупными нефтяными ресурсами, имел тесные отношения с США и опасался усиления арабского национализма, прежде всего в Ираке. Израильские и иранские разведывательные структуры сотрудничали, а израильские специалисты участвовали в подготовке военных и развитии оборонной промышленности шахского режима.
Сотрудничество распространялось и на нефтяную отрасль. Одним из его результатов стала система поставок иранской нефти через Израиль, связанная с нефтепроводом Эйлат — Ашкелон. Для страны, сталкивавшейся с арабским нефтяным бойкотом, такой источник сырья представлял серьёзную экономическую ценность.
В 1977 году стороны начали секретный ракетный проект Flower. Он предусматривал совместную разработку современных ракетных систем в рамках более широкой программы обмена иранской нефти на израильские военные технологии. После революции проект прекратился.
По оценке, приведённой исследовательским проектом The Iran Primer, в период наиболее интенсивного сотрудничества в 1970-х годах ежегодные израильские продажи вооружения Ирану достигали приблизительно $500 млн. Масштаб отношений объясняет, почему в Израиле не спешили считать их окончательно утраченными даже после свержения шаха.
1979 год: революция разорвала отношения, но не уничтожила военные контакты
В феврале 1979 года шахский режим пал. К власти пришло руководство во главе с аятоллой Рухоллой Хомейни, провозгласившее Исламскую Республику. Израиль лишился стратегического партнёра, а новая иранская власть превратила борьбу против еврейского государства в один из элементов своей внешней политики.
Бывшее израильское представительство в Тегеране передали Организации освобождения Палестины. Это был наглядный знак разрыва с прежней политикой. Но возникла проблема, которую революционное руководство не могло решить политическими лозунгами.
Иранская армия была оснащена преимущественно американской техникой, закупленной при шахе. Истребители F-4 и F-14, танки, противотанковые и зенитные комплексы требовали запасных частей и обслуживания. После разрыва отношений с Вашингтоном доступ к официальным американским поставкам оказался закрыт.
Израиль располагал техникой американского производства, собственными ремонтными возможностями и специалистами, знакомыми с вооружением иранской армии. Кроме того, сохранились контакты между людьми, работавшими в этой сфере до революции.
Бывший руководитель израильского МИДа Давид Кимхе позднее объяснял исследователям, насколько трудно было израильскому руководству принять потерю многолетних отношений с Ираном. В Иерусалиме рассчитывали, что революционная идеология со временем уступит место стратегическим интересам, а сотрудничество удастся восстановить.
Такое представление оказалось ошибочным в долгосрочной перспективе, но в начале 1980-х годов оно существенно влияло на израильскую политику. Подробно эти отношения исследованы в исторической работе Encyclopaedia Iranica.
Почему Израиль вооружал Иран во время войны с Ираком
22 сентября 1980 года иракские войска вторглись в Иран. Саддам Хусейн рассчитывал воспользоваться ослаблением соседнего государства после революции, однако начавшаяся война затянулась почти на восемь лет.
Для Израиля главным непосредственным противником в регионе тогда считался Ирак. Багдад располагал многочисленной армией, развивал ракетные и ядерные программы и не скрывал враждебности к Израилю. Победа Саддама над Ираном могла резко усилить его позиции.
7 июня 1981 года израильские ВВС уничтожили иракский ядерный реактор «Осирак» возле Багдада в ходе операции «Опера». Израильское руководство рассматривало реактор как потенциальный элемент будущей программы создания ядерного оружия. Международное агентство по атомной энергии, однако, не подтверждало использование объекта для производства ядерных вооружений, а Совет Безопасности ООН осудил израильский удар.
Одновременно Израиль продолжал военные поставки государству, которое воевало с Ираком. С точки зрения тогдашнего израильского руководства эти действия не противоречили друг другу: оба были связаны со стремлением ограничить военный потенциал Багдада.
В 1980–1983 годах, согласно оценке The Iran Primer, объём израильских оружейных продаж Ирану составил около $500 млн. Среди поставлявшегося имущества назывались противотанковые ракеты TOW, боеприпасы, авиационные и танковые запасные части, а также инженерное оборудование. Эта сумма остаётся исследовательской оценкой, поскольку полного открытого реестра секретных контрактов нет.
Оружие доставлялось с использованием посредников, частных компаний и транзитных маршрутов через третьи государства. В отдельных операциях участвовали иранские торговцы оружием, имевшие доступ к прежним военным контактам. Поставки продолжались, несмотря на американские ограничения и публичную враждебность Тегерана.
Израильские расчёты постепенно менялись. Первоначально надеялись восстановить отношения с Ираном, затем всё большее значение приобретало ослабление обоих участников войны. Как впоследствии объяснял Кимхе, желательным для Израиля представлялось положение, при котором ни Иран, ни Ирак не смогли бы представлять для него серьёзную угрозу.
Но именно в эти годы в Ливане развивалось движение «Хезболла», получавшее поддержку революционного Ирана. После израильского вторжения в Ливан в 1982 году Тегеран направил туда представителей Корпуса стражей исламской революции, участвовавших в подготовке шиитских вооружённых формирований.
Получался исторический парадокс: Израиль поставлял вооружение Ирану, а Иран одновременно помогал создавать организацию, которая вела вооружённую борьбу против Израиля.
Позднее характер этого противостояния радикально изменился. НАновости подробно рассказывали, как иранская поддержка «Хезболлы» стала частью стратегии давления на Израиль с нескольких направлений. Однако переносить нынешнюю систему угроз на начало 1980-х неправильно: тогда израильские руководители иначе оценивали соотношение сил.
1985 год: Шимон Перес, американские заложники и тайные ракетные сделки
К середине 1980-х годов у оружейного сотрудничества появился новый политический смысл. В Ливане вооружённые группировки, связанные с Ираном, удерживали американских граждан. Администрация Рейгана искала способы добиться их освобождения и одновременно установить контакты с представителями иранского руководства, которых в Вашингтоне считали потенциально готовыми к диалогу.
3 июля 1985 года генеральный директор израильского Министерства иностранных дел Давид Кимхе встретился с советником Рейгана по национальной безопасности Робертом Макфарлейном. Он сообщил о возможности контактов с иранцами, которые могли содействовать освобождению заложников. В ответ от США ожидали поставок военного оборудования.
В Израиле премьер-министром был Шимон Перес. В переговорах участвовали его советник по борьбе с терроризмом Амирам Нир, израильские торговцы оружием Яаков Нимроди и Адольф Швиммер. Важную роль играл иранский посредник Манучер Горбанифар, а финансирование отдельных сделок обеспечивал саудовский предприниматель Аднан Хашогги.
Последний предоставлял промежуточные средства, поскольку иранская сторона не хотела платить до получения оружия, а израильские поставщики требовали финансовых гарантий до отправки груза.
20 августа 1985 года Иран получил первые 96 ракет TOW. Обещанного освобождения заложников не произошло. Израильские посредники продолжили переговоры, и в сентябре были доставлены ещё 408 ракет. 15 сентября в Ливане освободили американского священнослужителя Бенджамина Уира.
В ноябре последовала попытка передачи зенитных ракет HAWK. Из-за проблем с транзитом и транспортом вместо запланированной крупной партии в Иран доставили только 18 ракет. Иранцы остались недовольны полученным оборудованием: оно не соответствовало их ожиданиям. По материалам расследования, 17 ракет впоследствии вернули Израилю.
Для израильского читателя здесь существенна юридическая деталь. Ракеты TOW и HAWK были американского производства. Передача такого вооружения третьей стране подпадала под ограничения американского экспортного законодательства, поэтому Израилю требовалось согласование с Вашингтоном и договорённость о восполнении собственных запасов.
Президент Рейган одобрил первоначальные поставки, хотя государственный секретарь Джордж Шульц и министр обороны Каспар Уайнбергер выступали против этой политики. В результате часть решений проводилась через узкий круг сотрудников Совета национальной безопасности без обычных процедур согласования.
1986 год: США начинают продавать оружие напрямую
17 января 1986 года Рейган подписал секретное распоряжение, разрешившее прямые американские поставки вооружения Ирану. Израиль сохранял роль политического и переговорного посредника, но больше не был обязательным поставщиком каждой партии.
В феврале Иран получил 1 000 противотанковых ракет TOW двумя партиями. В мае и летом продолжались переговоры о поставках компонентов для комплексов HAWK. Бывший советник Рейгана Роберт Макфарлейн даже возглавил секретную американскую делегацию, посетившую Тегеран, но добиться полного соглашения и освобождения всех заложников не удалось.
В июле освободили американского священника Лоуренса Дженко. В октябре Иран получил ещё 500 ракет TOW, а 2 ноября на свободу вышел американец Дэвид Джейкобсен.
По документам расследования, за время операции 1985–1986 годов Иран получил в общей сложности 2 004 ракеты TOW, 18 ракет HAWK и партии запасных частей для зенитных комплексов. Были освобождены трое американских заложников, но за этот период в Ливане похитили ещё двоих.
Израильские представители рассчитывали, что контакты помогут восстановить отношения с Тегераном. Вашингтон надеялся освободить заложников и наладить отношения с частью иранского руководства. Частные посредники получали комиссионные, а Иран приобретал вооружение, необходимое для войны с Ираком.
Но параллельно американские организаторы использовали операции с оружием для решения ещё одной задачи, никак не связанной с Ближним Востоком.
Как деньги от иранского оружия оказались у повстанцев в Никарагуа
В Никарагуа с 1979 года находились у власти сандинисты во главе с Даниэлем Ортегой. Администрация Рейгана поддерживала вооружённую оппозицию, известную как «контрас», рассматривая сандинистское правительство как союзника СССР и Кубы в Центральной Америке.
Американский Конгресс ограничил использование определённых государственных средств для поддержки военных операций «контрас». Эти ограничения получили название поправок Боланда. Администрация искала другие источники финансирования, включая иностранные государства и частных доноров.
Важнейшую роль сыграл сотрудник Совета национальной безопасности подполковник Оливер Норт. Вместе с отставным генералом Ричардом Секордом и предпринимателем Альбертом Хакимом он использовал сеть компаний и банковских счетов, известную как The Enterprise.
В ноябре 1985 года Израиль перечислил на счёт Lake Resources в Женеве $1 млн для организации доставки ракет HAWK. Фактические транспортные расходы составили около $127 700, а примерно $870 000 остались в распоряжении сети посредников.
Позднее эти средства смешались с другими поступлениями и использовались, в частности, для поддержки «контрас». Поэтому расследование не смогло связать каждый конкретный доллар израильского платежа с определённой закупкой оружия для Никарагуа.
6 декабря 1985 года Норт сообщил представителям израильского Министерства обороны, что рассчитывает использовать прибыль от будущих иранских сделок для операций в Никарагуа. Этот эпизод зафиксирован в материалах расследования Конгресса.
В 1986 году сеть посредников получила около $30,3 млн за американское вооружение, проданное Ирану, и операции по восполнению израильских запасов. Правительству США перечислили только $12,2 млн. Прямые расходы составили около $2,1 млн, а примерно $16 млн оказались незаконно удержаны посредниками.
Конгресс оценил сумму, направленную из прибыли иранских сделок на поддержку «контрас», приблизительно в $3,8 млн. Независимый прокурор Лоуренс Уолш при собственном расчёте получил близкую оценку — около $3,6 млн. Остальные деньги использовались для других операций и расходов либо оставались на счетах.
Таким образом, утверждение, будто вся выручка от израильских поставок автоматически поступала никарагуанским повстанцам, не соответствует установленной финансовой картине.
Для сравнения с современными израильскими денежными суммами: $30,3 млн номинально соответствовали бы примерно 95,7 млн ₪, а $3,8 млн — около 12 млн ₪ по справочному курсу Банка Израиля на 4 ноября 2026 года — 3,157 ₪ за доллар. Это лишь пересчёт валют, не учитывающий инфляцию и покупательную способность денег 1980-х годов.
Установлено, что отдельные израильские представители знали о намерениях Норта использовать прибыль для Никарагуа. Но доказательств того, что израильское правительство в целом разработало финансовую схему помощи «контрас», расследования не представили.
Комиссия Тауэра рассматривала и показания, согласно которым идея перенаправления денег могла обсуждаться между Нортом и Амирамом Ниром. Однако установить, кому первоначально принадлежал замысел, комиссия не смогла. При этом организация финансирования никарагуанских повстанцев находилась прежде всего в руках американских сотрудников и частных посредников, а не израильских спецслужб.
Разоблачение 1986 года и последствия для Израиля
3 ноября 1986 года ливанский журнал Ash-Shiraa опубликовал сведения о секретных американских контактах с Ираном. Скандал быстро вышел за пределы оружейных поставок, когда выяснилось, что часть полученных средств использовалась для финансирования «контрас».
25 ноября генеральный прокурор США Эдвин Миз публично сообщил о перенаправлении денег. Начались расследования Конгресса и специальной комиссии во главе с бывшим сенатором Джоном Тауэром.
Президент Рейган признавал своё участие в разрешении оружейных операций, но отрицал осведомлённость о финансовой схеме помощи Никарагуа. Расследование не установило, что он лично санкционировал перевод прибыли «контрас». При этом оно выявило серьёзные нарушения в деятельности сотрудников администрации, сокрытие документов и обход процедур парламентского контроля.
Против нескольких участников были возбуждены уголовные дела. Приговоры Оливеру Норту и Джону Пойндекстеру впоследствии отменили из-за нарушений, связанных с использованием их показаний, данных Конгрессу под иммунитетом. Ряд других участников получил президентское помилование.
Израиль признал участие в оружейных поставках Ирану, но отрицал организацию финансирования никарагуанских повстанцев. Секретные операции нанесли политический ущерб Вашингтону и показали, насколько тесно переплелись государственные интересы, действия разведывательных структур и коммерческие мотивы посредников.
В результате ни одна из первоначальных стратегических целей не была полностью достигнута. США не смогли освободить всех заложников с помощью оружейных сделок, а Израиль не восстановил отношения с Ираном.
После окончания ирано-иракской войны в 1988 году необходимость тайных закупок постепенно исчезла. Распад СССР и поражение Ирака в войне 1991 года дополнительно изменили региональный баланс. Иран перестал рассматриваться израильским руководством как потенциальный противовес сильному Багдаду и постепенно превратился в одну из главных стратегических угроз.
Почему эта история важна для Израиля сегодня
История израильских поставок Ирану показывает, насколько сильно менялись представления руководства страны о потенциальных союзниках и противниках. В начале 1980-х Ирак воспринимался в Иерусалиме как более непосредственная военная опасность. Поэтому поддержка иранской армии могла рассматриваться как способ ограничить влияние Саддама Хусейна, даже несмотря на враждебную позицию нового иранского режима.
Однако прежние контакты не позволили вернуть отношения с Тегераном. Исламская Республика продолжала развивать сотрудничество с вооружёнными группировками, действовавшими против Израиля, прежде всего с «Хезболлой».
Позднее ситуация стала совершенно иной. Иранское вооружение и технологии начали играть важную роль не только в ближневосточных конфликтах. Связь между войной России против Украины и угрозами Израилю со стороны поддерживаемых Ираном сил НАновости рассматривали, в частности, в материале о вооружении «Хезболлы» и трофеях израильской армии.
В 1980-х годах Израиль рассчитывал, что геополитические интересы в конечном счёте окажутся сильнее идеологических противоречий с Ираном. Но революционное руководство Тегерана не вернулось к политике шахского периода.
Это и есть главный результат той истории: оружейные сделки приносили временную военную и коммерческую выгоду, но не смогли изменить политический курс Ирана. А секретные переговоры, задуманные как способ восстановить связи, в итоге стали частью международного скандала, последствия которого затронули три континента.
Документальная основа материала: доклад комиссии Тауэра (27 февраля 1987 года), совместный доклад комитетов Конгресса США (18 ноября 1987 года), итоговое расследование независимого прокурора Лоуренса Уолша, исторические исследования Encyclopaedia Iranica и The Iran Primer.
Добавьте НАновости в Google, чтобы следить за нашими историческими исследованиями и материалами о событиях, влияющих на Израиль и Украину.