- 14 сентября, 2026
- 11:41 дп
- В Мире
8 сентября 2026 года в Киеве открылась выставка, название которой сначала кажется почти камерным: «Мальовані молитви. Загрожене малярство в синагогах Української Буковини» — перевод с украинского — «Нарисованные молитвы. Росписи синагог украинской Буковины, находящиеся под угрозой».
Автор: Александр Хмельницкий
На самом деле история здесь намного больше нескольких старых стен и фотографий. Речь о еврейском мире Буковины, который десятилетиями уничтожался, исчезал, перестраивался, замалчивался, а теперь его буквально собирают обратно — по росписям, архитектуре, старым изображениям, цифровым моделям и работе молодых художников.
Выставка открылась в Большом зале Национальной академии искусств Украины на Бульварно-Кудрявской, 20. Она работает с 8 сентября по 10 октября 2026 года. Именно Национальная академия искусств Украины является основным источником информации для этого материала.
И мне кажется принципиальным другое. Национальная академия говорит об этих памятниках именно как о еврейском наследии Украины и подчеркивает значение проекта для украинской культуры.
Не «следы чужого народа на территории страны». Не «экзотика бывшей Буковины». Свое наследие, которое надо спасать.
Эта разница в формулировках очень многое объясняет.
О выставке подробно рассказала Национальная академия искусств Украины, опубликовавшая 11 сентября 2026 материал об открытии проекта, его участниках, истории исследования буковинских синагог и новых технологиях сохранения росписей. Именно Академия приводит состав украинско-немецкой команды, рассказывает о работе с синагогой в Новоселице, создании ее цифровой модели, участии молодых украинских художников и дальнейшем маршруте выставки. Полное сообщение Национальной академии искусств Украины можно прочитать здесь.
На открытии были не только искусствоведы
Проект представляло руководство Национальной академии. На открытии выступили президент НАМ Украины Виктор Сидоренко, первый вице-президент Валерий Битаев, вице-президенты Юрий Вакуленко и Олесь Санин, академик-секретарь отделения синтеза искусств Николай Яковлев.
Они говорили о сочетании научной работы, искусства и новых технологий, а также о международном составе команды. Отдельно Академия отмечает роль куратора — профессора Евгения Котляра, члена-корреспондента НАМ Украины, много лет изучающего арт-иудаику и синагогальное искусство.
Это важная фамилия для всей истории, потому что нынешняя киевская выставка возникла не с нуля.
Котляр работал с темой буковинских синагог вместе с Черновицким музеем истории и культуры евреев Буковины, директором которого является Николай Кушнир. Результатом той работы стали двуязычный каталог и серия передвижных выставок, которые показывали в разных городах Украины еще в 2016–2017 годах.
То есть перед нами не проект, придуманный вчера под очередную памятную дату. Этой линии исследования уже минимум десятилетие, и нынешний этап просто оказался гораздо технологичнее и международнее.
2016, 2023, 2025, 2026: как собирался проект
Следующая точка — октябрь 2023 года.
Тогда по инициативе Ukraine Art Aid Center сформировали украинско-немецкую рабочую группу. Центр возглавляет доктор Йоханнес Натан. Задача была предельно практической: найти современные способы сохранения еврейского наследия Украины, которому угрожает физическое уничтожение в условиях российско-украинской войны.
Работу группы координировал профессор Штефан Хоппе. Немецкую выставочную версию курировала профессор Александра Липиньска.
Дальше проект вышел из исследовательских кабинетов.
В ноябре 2025 года выставку впервые показали в Университетской и городской библиотеке Кёльна. После Кёльна она начала путешествовать по Германии. На момент открытия киевской экспозиции немецкая версия находилась в Дюссельдорфе, далее были запланированы Аугсбург, Марбург и другие города.
И параллельно возник украинский маршрут.
Первая выставка проекта в Украине открылась именно в Национальной академии искусств. Евгений Котляр назвал это, по сути, признанием значения темы для украинской культуры.
Вот здесь, пожалуй, возникает главная мысль всей истории. Еврейские синагоги Буковины не возвращают Украине извне. Они всегда были частью истории этой земли. Просто часть этой истории слишком долго лежала под штукатуркой, за закрытыми дверями или в старых архивах.
Четыре выставки внутри одной
Организаторы специально выстроили пространство так, чтобы посетитель прошел четыре связанных между собой блока, а не просто посмотрел набор красивых фотографий.
Первый — историко-культурный контекст и материальная среда жизни евреев Буковины. То есть зрителю сначала объясняют, кто жил здесь, в каком окружении существовали общины и почему эти здания вообще появились.
Второй блок посвящен архитектуре синагог и реконструкции иконографических программ росписей. Современные фотографии стоят рядом с историческими изображениями, реконструкционными рисунками, текстами и живописными копиями утраченных либо поврежденных фрагментов.
Третий показывает, что с этим наследием происходит уже сегодня. Студенты кафедры монументальной живописи Харьковской государственной академии дизайна и искусств не просто рассматривают старые стены на лекциях. Анна Щербакова и Татьяна Замниус практически изучали их и создавали живописные реконструкции. Вадим Колтун, сейчас живущий в Германии, использует сюжеты, мотивы и орнаментику синагогальных росписей уже в собственном творчестве.
Четвертый блок — технологии. Лазерное сканирование, цифровой двойник, трехмерная фиксация и анимационная модель здания, которое физически может не пережить следующие десятилетия.
И именно здесь появляется Новоселица.
Синагога, где росписи нашли — и почти сразу поняли, что могут потерять
Синагога в Новоселице Черновицкой области стала одним из центральных объектов всей выставки.
На открытии об этом говорил правозащитник и бывший диссидент Иосиф Зисельс, глава Ассоциации еврейских организаций и общин Украины и исполнительный вице-президент Конгресса национальных общин Украины.
По его словам, уникальные росписи полуразрушенной новоселицкой синагоги были раскрыты примерно пятнадцать лет назад. Но само их открытие не означало спасение. Наоборот, стало понятно, что найденное наследие находится в крайне уязвимом состоянии. Академия употребляет очень жесткую формулировку: росписи были раскрыты и одновременно фактически «обречены».
Теперь эту синагогу пытаются хотя бы максимально точно зафиксировать.
В рамках проекта были созданы трехмерные изображения и анимационная модель здания. Работу выполняли в сотрудничестве с Институтом архитектуры Высшей школы в Майнце и украинской компанией Skeiron.
Методика создания цифрового двойника и работа с лазерным сканированием представлены профессором Яном Люттеротом. Причем нынешний проект уже получил продолжение в международной программе Opt3D, посвященной трансграничным исследованиям архитектурных памятников, находящихся под угрозой. В нее включены четыре синагоги из Украины.
Для читателей НАновостей эта история не новая. Еще 2 февраля 2025 года мы подробно показывали, как украинские специалисты оцифровывают синагоги Буковины и зачем вообще нужен их цифровой двойник.
Украинские эксперты оцифровали синагоги Буковины с уникальными росписями — можно уже смотреть
А 4 июля 2026 года мы вернулись к этой теме уже шире — в материале о попытке сохранить еврейские памятники Украины в цифровом виде до того, как часть из них будет утрачена физически.
Сейчас видно продолжение той работы. Сканирование не осталось технологическим экспериментом на пару красивых 3D-моделей. Оно вошло в музейную, исследовательскую и образовательную работу.
Кто именно делает «Нарисованные молитвы»
За выставкой стоит довольно большая международная команда, и перечислить ее здесь стоит именно потому, что это показывает масштаб работы.
В авторский коллектив вошли Штефан Хоппе из Института истории искусств Университета Людвига-Максимилиана в Мюнхене; Александра Липиньска, связанная с Институтом истории искусств Кёльнского университета и Вроцлавским университетом; Евгений Котляр из Харьковской государственной академии дизайна и искусств и Национальной академии искусств Украины.
Также в команде Николай Кушнир — Черновицкий музей истории и культуры евреев Буковины и Черновицкий национальный университет имени Юрия Федьковича; Ян Люттерот — Институт архитектуры в Майнце и Институт исторических исследований Центрально-Восточной Европы имени Иоганна-Готфрида Гердера в Марбурге; Андреас Пфютцнер — Институт иудаики имени Мартина Бубера Кёльнского университета.
Украинским техническим партнером стала львовская Skeiron.
Переводами занимались Оксана Козыр-Федотова и Николай Кушнир. Дизайн разработали Жанетт Бонефельд и Юлианна Вищак, цифровую реализацию выставки выполнила Алёна Баркалова.
Финансировали работу Ukraine Art Aid Center, Böckler-Mare-Balticum-Stiftung и еврейский культурный центр «Бейт-Дан» в Харькове.
Когда все эти фамилии и организации видишь рядом, становится сложнее назвать происходящее просто «выставкой о синагогах». Это уже система: историк находит и объясняет объект, архитектор фиксирует, художник реконструирует, цифровой специалист делает модель, а студент через несколько лет берет этот визуальный язык в свою работу.
Так культура и продолжает жить. Не сама собой, к сожалению. Ее каждый раз кто-то вытаскивает из разрушающегося здания руками.
Зисельс и Финберг: тут есть еще история еврейского возрождения Украины
В Киеве выступал не только Иосиф Зисельс.
Слово получил Леонид Финберг — социолог, директор Центра исследований истории и культуры восточноевропейского еврейства и главный редактор издательства «Дух і Літера».
Национальная академия искусств особо отмечает, что Зисельс и Финберг были активными участниками еврейского возрождения в Украине с первых лет независимости и сыграли важную роль в институционализации еврейской общественной и культурной жизни страны.
Финберг говорил о необходимости продолжать выпуск научных книг по еврейскому художественному наследию. Он также напомнил об исследованиях еврейского искусства, которыми украинские ученые занимались еще в 1920–1930-е годы.
Эта деталь ломает еще один слишком простой рассказ. Будто изучение еврейского наследия Украины появилось только сегодня, как следствие европейских грантов или новой политики памяти. Нет. Были исследователи до войны, были попытки изучать это в XX веке, были люди, которые после восстановления независимости Украины в 1991 году заново строили еврейскую общественную жизнь.
И сегодня этот процесс уже не выглядит маргинальным.
Он проходит в зале Национальной академии искусств Украины.
НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency
Евреи в Украине — не пришедшие вчера гости
Здесь я уже отделю авторскую оценку от сообщения Академии.
Нельзя сказать за всех украинских евреев: «они чувствуют себя дома» — и поставить точку. У каждого своя биография. Есть трагическая семейная память, эмиграция, Холокост, советский антисемитизм, старые и новые конфликты. Было бы неправдой сгладить всё одной красивой фразой.
Но есть другой критерий дома, и он намного серьезнее лозунга.
Чья история считается частью истории страны?
Если росписи еврейской синагоги в маленьком городе на Буковине изучают украинские ученые; если украинская художественная академия обучает на них студентов; если государственная Национальная академия искусств называет их еврейским наследием Украины; если украинская компания сканирует разрушающееся здание для будущего восстановления — тогда евреи здесь не музейные «пришельцы».
Их культура встроена в историю страны потому, что она здесь создавалась.
Это не подарок евреям со стороны современной Украины. Никто не «разрешает» этой истории стать украинской. Она такой уже была — просто историческая память слишком часто вырезала куски, которые не помещались в удобную схему.
Буковина особенно беспощадна к таким схемам. В одном регионе веками пересекались разные языки, религии, государства и культуры. Отделить от этой истории еврейскую часть так, чтобы всё остальное осталось целым, невозможно. Получится уже другая, искусственно обрезанная Буковина.
Молодые художники важнее еще одной мемориальной таблички
Мне кажется, работа Анны Щербаковой, Татьяны Замниус и Вадима Колтуна говорит о будущем проекта больше, чем торжественные речи.
Почему?
Потому что памятник можно законсервировать — и забыть. Можно открыть мемориальную доску, сделать фотографии, отчитаться, а потом снова пройти мимо.
Здесь происходит другое. Молодой украинский художник изучает принцип построения еврейской синагогальной росписи, пытается восстановить утраченную часть, понимает символы и орнамент. В какой-то момент то, что считалось наследием прошлого, входит уже в его собственный профессиональный опыт.
С этого момента граница «их культура — наша культура» начинает рассыпаться сама.
Не потому что кто-то объявил год толерантности. Просто студент художественной академии работает с этим материалом как с частью той культурной среды, которую ему надо знать.
Вот это и есть интеграция памяти, а не плакат о ней.
От Буковины к Подолью: это уже становится картой Украины
Причем Буковина — не отдельный случай.
Всего несколько дней назад, 10 сентября 2026 года, НАновости рассказывали о большой экспедиции по еврейскому Подолью: исследователи обследовали более 30 исторических синагог Украины.
Из Иерусалима — по следам еврейского Подолья: ученые обследовали более 30 синагог Украины
Когда ставишь рядом Подолье и Буковину, география начинает меняться. Перед нами уже не несколько сохранившихся «еврейских объектов». Видна целая сеть городов и местечек, где еврейская жизнь была частью обычной городской ткани.
Синагога там стояла не в параллельной реальности. Люди выходили из нее на ту же улицу, что и все остальные.
Эта простая вещь иногда теряется за словом «наследие».
Война сделала эту работу срочной
У проекта есть причина торопиться, и Национальная академия формулирует ее совершенно открыто.
Украинско-немецкая группа в 2023 году создавалась именно для поиска способов спасения еврейских памятников в условиях угрозы физического уничтожения во время российско-украинской войны.
То есть цифровой двойник сегодня — это не модная музейная игрушка.
Есть здание. Есть роспись. Есть война. Есть обычное старение конструкций, отсутствие достаточных средств, десятилетия предыдущего запустения. И никто не может гарантировать, в каком состоянии этот объект окажется через пять или десять лет.
НАновости уже собирали отдельную хронологию еврейских объектов Украины, поврежденных или разрушенных в результате российской агрессии.
Разрушенные и пострадавшие от российской агрессии еврейские объекты в Украине
Поэтому фраза «успеть сохранить» сейчас звучит буквально.
Если физическую стену сохранить не удастся, должны остаться данные, изображения, размеры, расположение росписей, научное описание. Чтобы после войны существовала хотя бы возможность вернуться к восстановлению, а не начинать с пустого места и нескольких случайных фотографий.
Почему открытие сделали именно сейчас
Дата тоже выбрана не случайно.
Академия прямо связывает сентябрьскую презентацию с двумя событиями: приближением Рош ха-Шана, еврейского Нового года, и годовщиной массовых убийств в Бабьем Яру.
Один календарный маркер говорит о продолжении жизни, другой — о попытке эту жизнь уничтожить.
Между ними выставка о культуре, которая все-таки не исчезла.
На открытии играла киевская скрипачка и вокалистка Адель Конторович, участница симфонического Gos_orchestra. Она исполняла традиционные хасидские мелодии — нигуним. Национальная академия отдельно отмечает, что эта музыка стала частью общей эмоциональной конструкции вечера.
И тут история неожиданно перестает быть только про стены.
Когда нигун снова звучит в Киеве, а рядом молодые художники показывают реконструкции росписей буковинской синагоги, получается не совсем поминки по исчезнувшей культуре.
Культура снова используется.
Для Израиля это тоже семейная история
Из Израиля на такую выставку легко посмотреть как на еще один европейский проект сохранения наследия. И это будет ошибкой.
Для израильского читателя названия Черновцы, Новоселица, Киев, Подолье, Житомир, Одесса очень часто звучат иначе, чем для европейского туриста. За ними стоит семейная география — место рождения дедушки, история прабабушки, город, откуда кто-то уехал в Эрец-Исраэль, фамилия на старой фотографии.
Мы много пишем об этом в нашей рубрике о евреях из Украины. И каждый раз возникает одна и та же проблема: Израиль прекрасно помнит людей, но далеко не всегда помнит среду, из которой они вышли.
Синагогальные росписи возвращают именно среду.
Не только список погибших. Не только фотографию раввина. Не только мемориал.
Стены показывают, каким был визуальный мир еврейской общины, что люди видели перед собой во время молитвы, какой художественный язык они создавали. И если этот язык сегодня сохраняют в Украине — это напрямую касается и Израиля, где живут потомки того мира.
Германия, Украина и еврейское наследие — тяжелая, но важная конструкция
Есть в нынешнем проекте и еще один слой, который не стоит обходить.
Он украинско-немецкий.
Первую выставку проводят в Кёльне, затем Дюссельдорф, впереди Аугсбург и Марбург. Немецкие университеты участвуют в исследовании и цифровой документации. Немецкие и украинские специалисты вместе занимаются сохранением памятников еврейской жизни Восточной Европы.
Никакой выставкой невозможно «закрыть» Холокост, и было бы странно пытаться увидеть здесь красивое историческое примирение с готовым финалом.
Но история вообще не дает готовых финалов.
Она дает следующий поступок.
Сегодня этим поступком становится совместная работа над тем, чтобы еще одна еврейская синагога не исчезла бесследно.
«Они жили дома»
Мне кажется, именно к этому приводит вся выставка.
Евреи Буковины не были временным населением, которое однажды прошло через украинскую землю и оставило после себя интересные орнаменты. Здесь была их повседневная жизнь. Здесь они строили общины и здания, создавали искусство, молились, растили детей.
После них остались стены.
Советский период, Холокост, эмиграция, смена границ и нынешняя война превратили многие из этих стен в развалины. Теперь иногда приходится спасать хотя бы их цифровую геометрию.
Но есть и важное изменение.
В современной Украине все меньше необходимости объяснять, зачем вообще сохранять еврейскую синагогу как часть украинского наследия. Национальная академия искусств говорит об этом практически буднично: это еврейское наследие Украины, оно важно для украинской культуры и его нужно исследовать, показывать и спасать.
Наверное, так и выглядит нормальное отношение к общей истории.
Не делать вид, что в ней никогда не было конфликтов, антисемитизма или катастроф. Не переписывать прошлое в удобных цветах. Но и не выталкивать евреев из истории страны, оставляя им только отдельную главу про Холокост.
До Холокоста была жизнь. После него жизнь тоже продолжилась.
Сегодня Иосиф Зисельс и Леонид Финберг стоят в Национальной академии искусств Украины и говорят о сохранении еврейской культуры. Евгений Котляр много лет изучает синагогальную живопись. Николай Кушнир работает с наследием евреев Буковины. Украинская Skeiron сканирует синагогу в Новоселице. Харьковские студенты восстанавливают ее живопись.
Это уже не рассказ о том, что «когда-то здесь жили евреи».
Они жили здесь дома. Их культура вплетена в историю Украины, а не приклеена к ней сбоку.
И, может быть, одна из самых важных перемен последних десятилетий как раз в том, что сегодня эту мысль уже не обязательно доказывать громкими словами. Иногда достаточно посмотреть, кто спасает старые росписи со стены.
