Друг, который не приходит: как союзники Москвы остаются без прикрытия

«С таким другом, как путин, враги не нужны», — иронично резюмирует The Times, описывая цепочку событий, в которых Россия предпочла дистанцию вместо вмешательства. Сирийская повстанческая армия вошла в Дамаск, Башар аль-Асад был отстранён от власти, а Москва — ещё недавно гарант его выживания — ограничилась молчаливым наблюдением.

Параллельно в Венесуэле элитные подразделения США провели операцию по захвату Николаса Мадуро. Ответ Кремля свёлся к заявлениям о «неоколониализме». Иран, где давление уличных протестов нарастало, также не дождался реальной поддержки. Картина повторяется: громкие слова есть, действий — нет.

Геополитические шахматы
Несмотря на заявленное стратегическое партнёрство с Тегераном, Россия не спешит рисковать. Когда Израиль наносил удары по иранским объектам, Москва выбрала нейтралитет. Эта осторожность подтачивает саму идею антизападного альянса, которую годами продвигал путин: союзники видят пределы готовности Кремля идти до конца.

События в Венесуэле обнажили ещё один уязвимый слой. Российские системы ПВО — С-300 и «Бук-М2» — показали слабую готовность к современным операциям. Это болезненно ударило по репутации Москвы как поставщика «надёжной защиты». Источники, близкие к правительству РФ, признают: после Венесуэлы продавать образ технологического щита станет сложнее.

Ресурсные ограничения
Причина не только в политической воле. Конфликт в Украине выжимает ресурсы — военные, финансовые, дипломатические. Кремль вынужден выбирать между гипотетическими столкновениями с США и более «достижимыми» целями, где риск ниже и ставки понятнее.

Экономика под давлением
Санкции из-за войны в Украине ощутимо просадили доходы: экспорт нефти и газа упал примерно на четверть. На этом фоне Москва цепляется за надежду на перезагрузку отношений с Вашингтоном и возможное мирное соглашение. В Кремле по-прежнему рассчитывают, что возвращение Дональда Трампа упростит торг.

Аналитик Джон Лоф из Центра новых евразийских стратегий считает отказ от активной поддержки Ирана холодным расчётом. По его словам, Россия уже получила от Тегерана всё ключевое — включая технологии беспилотников, которые теперь локализованы и производятся в Татарстане. Дополнительные риски больше не оправданы.

Новые реалии
Возвращение Трампа в Белый дом породило в Москве ожидание большей свободы действий на «заднем дворе». Но принцип «Америка превыше всего» остаётся для Кремля туманным сигналом. Всё выглядит приемлемо — до тех пор, пока в Вашингтоне не начинают обсуждать смену режима в Иране.

Венесуэла, Иран, Сирия, Куба — список точек, где союзники остались без решающей поддержки, продолжает расти, отмечают корреспонденты Bloomberg. В этих условиях геополитическая партия Москвы приобретает иной оттенок: меньше обязательств, больше осторожности и всё меньше иллюзий о «надёжном плече». Именно так сегодня выглядит стратегия, о которой всё чаще пишут как о прагматичном отступлении, а не о силовой игре — и этот контекст всё заметнее для аудитории НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency.