- 27 апреля, 2026
- 9:24 пп
- Ближний Восток, Израиль
Палестинские муниципальные выборы прошли в субботу, 25 апреля 2026 года, на Западном берегу реки Иордан и в городе Дейр-эль-Балах в центральной части сектора Газа. Это были не президентские и не парламентские выборы, а голосование за местные советы, которые отвечают за коммунальные услуги, дороги, воду, электричество, городское управление и повседневную инфраструктуру.
Итоги объявили 26 апреля. Палестинская Центральная избирательная комиссия сообщила, что выборы охватили 183 местных совета на Западном берегу, а также один город в секторе Газа — Дейр-эль-Балах. Для Газы это стало первым подобным голосованием более чем за 20 лет.
Политически эти выборы важны не только для палестинцев. Для Израиля они тоже имеют значение: любой разговор о будущем управлении Газой, ослаблении ХАМАС, роли Палестинской администрации и возможной модели «дня после» упирается в один вопрос — кто реально способен управлять палестинскими территориями и есть ли у этой силы общественная легитимность.
Когда, где и по какому закону проходили выборы
Голосование прошло 25 апреля 2026 года. На Западном берегу оно проводилось в десятках муниципалитетов и местных советов, а в секторе Газа — только в Дейр-эль-Балахе.
Этот город выбрали как экспериментальную площадку, потому что он разрушен меньше многих других районов сектора, и там, по оценке организаторов, еще оставалась техническая возможность провести голосование.
В Дейр-эль-Балахе выборы проходили в условиях войны, перемещений населения, разрушенной инфраструктуры и устаревших гражданских реестров. Поэтому этот эпизод нельзя воспринимать как полноценное голосование всей Газы. Скорее, это был политический тест: можно ли вообще вернуть избирательный процесс в сектор после двух десятилетий фактического отсутствия выборов.
Юридической основой стали решения Палестинской администрации и нормы палестинского законодательства о выборах в местные советы. Главным спорным условием стало требование к кандидатам письменно признать Организацию освобождения Палестины единственным законным представителем палестинского народа и согласиться с ее политической программой.
Почему это условие оказалось политическим фильтром
На первый взгляд, речь идет о технической норме регистрации кандидатов. Но в палестинской политике это условие имеет куда более глубокий смысл.
ООП еще в 1993 году, в рамках процесса Осло, признала право Израиля на существование. Именно поэтому ХАМАС, «Исламский джихад» и ряд других группировок остаются вне этой рамки: для них признание ООП и ее программы означает не просто участие в муниципальных выборах, а согласие с политической линией, которую они отвергают.
По этой причине ХАМАС и несколько других палестинских сил официально не участвовали в голосовании. При этом группировка не сорвала выборы и, по сообщениям СМИ, косвенно поддерживала отдельных кандидатов или списки, прежде всего в Газе.
Для Израиля это важная деталь. ХАМАС не исчез из политического поля, даже если его названия не было на бюллетенях. Он просто действовал в обход прямого участия — через влияние, симпатии, местные связи и неформальные политические сигналы.
Как голосовали на Западном берегу и в Дейр-эль-Балахе
Явка на Западном берегу составила около 53–56%, что в целом сопоставимо с предыдущими муниципальными кампаниями. В Дейр-эль-Балахе ситуация была другой: там проголосовали только около 23% избирателей. Reuters приводит показатель 22,7%, а другие сообщения округляют его примерно до 23%.
Палестинская Центральная избирательная комиссия объясняла низкую явку в Газе не только политикой. Гражданский реестр, по ее словам, уже не отражает реальную ситуацию после гибели большого числа людей, массового перемещения населения и разрушений. То есть в списках могли оставаться люди, которые погибли, уехали, были вынуждены покинуть район или физически не могли прийти на участок.
Это делает цифры особенно чувствительными.
Формально выборы состоялись. Политически — они показали не столько ясную волю жителей Газы, сколько масштаб разрыва между официальными процедурами и реальностью на земле.
Кто победил в Дейр-эль-Балахе
В Дейр-эль-Балахе за 15 мест в муниципальном совете боролись четыре списка. Большинство получил список «Возрождение Дейр-эль-Балаха», который связывали с поддержкой ФАТХ: он взял шесть мест.
Еще один список — «Будущее» — получил пять мест. Одни источники называют его независимым, другие также связывают его с людьми, близкими к ФАТХ.
Списки, которые связывали с ХАМАС или описывали как независимые, получили по два места. В разных публикациях есть разночтения: одни называют более близким к ХАМАС список «Дейр-эль-Балах объединяет нас», другие указывают на список «Мир и строительство». Но политический смысл от этого почти не меняется: прямой победы у сил, ассоциируемых с ХАМАС, не получилось.
На Западном берегу подавляющее большинство мест получили списки, поддерживаемые ФАТХ. При этом официально многие блоки проходили как независимые, а партийных списков было гораздо меньше. Такая конструкция характерна для палестинской муниципальной политики: на бумаге кандидат может идти как независимый, но на практике оставаться частью местной сети влияния, связанной с ФАТХ, кланами, администрацией или силовыми структурами.
Почему победа ФАТХ не равна полной легитимности
Главная проблема этих выборов в том, что во многих местах реальной конкуренции почти не было. В ряде городов и населенных пунктов был представлен только один список, и его фактически утверждали без нормальной борьбы. В других случаях конкурировали разные блоки, но они все равно оставались внутри политической орбиты ФАТХ.
Именно поэтому арабские эксперты и часть палестинских политиков говорят о жесткой формуле: ФАТХ соревновался с ФАТХом и победил.
В Бейтунии, к западу от Рамаллы, оба списка — основной и оппозиционный — возглавляли люди, связанные с ФАТХ. В Дженине независимые списки, близкие к ФАТХ, конкурировали с официальным списком движения. На практике это выглядит не как открытая политическая конкуренция, а как борьба разных групп внутри одной системы.
НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency рассматривает эти выборы именно в таком контексте: не как простую новость о победе ФАТХ, а как симптом более глубокого кризиса палестинской легитимности, который напрямую влияет на безопасность Израиля, будущее Газы и возможные международные сценарии после войны.
Что сказал ХАМАС после выборов
ХАМАС признал результаты голосования. Представитель группировки Хазем Касем назвал проведение муниципальных выборов в Дейр-эль-Балахе позитивным и важным шагом и заявил, что надеется на распространение такого процесса на другие районы сектора Газа.
Одновременно ХАМАС призвал к проведению парламентских и президентских выборов. Но таких выборов в ближайшем графике нет.
И это принципиальный момент. Местное голосование можно провести точечно, в ограниченной форме и под контролем существующих структур. Президентские и парламентские выборы — совсем другой уровень риска: там уже решается вопрос власти, статуса ХАМАС, будущего Палестинской администрации, отношения к Израилю и реального политического представительства палестинцев.
Что это значит для Израиля
Для Махмуда Аббаса и ФАТХ эти выборы стали возможностью показать, что Палестинская администрация все еще способна организовывать политический процесс. Особенно важно для Рамаллы было включить хотя бы один город сектора Газа, чтобы продемонстрировать претензию на управление не только Западным берегом, но и Газой.
Для ХАМАС ситуация тоже удобна. Группировка не участвовала официально, не взяла на себя ответственность за результат, но сохранила возможность говорить о необходимости более широких выборов и проверять свои позиции через близкие списки.
Для Израиля вывод сложнее.
С одной стороны, победа ФАТХ может выглядеть как усиление более прагматичной палестинской линии по сравнению с ХАМАС. С другой стороны, низкая явка в Газе, ограниченная конкуренция на Западном берегу и отсутствие общенациональных выборов показывают, что Палестинская администрация пока не получила убедительного народного мандата.
Эти муниципальные выборы не отвечают на главный вопрос: кто действительно представляет палестинское общество сегодня.
Они лишь показывают, что ФАТХ сохраняет административный ресурс, ХАМАС остается в политической игре даже без участия в бюллетенях, а жители Газы в условиях разрушений и перемещений прежде всего заняты выживанием, а не муниципальной политикой.
Поэтому результат нельзя читать слишком прямолинейно. ФАТХ победил, но победил в условиях ограниченной конкуренции. ХАМАС проиграл формально, но не исчез. Палестинская администрация показала способность организовать выборы, но не доказала, что обладает полной легитимностью для управления Газой после войны.