- 9 мая, 2026
- 1:48 пп
- В Мире
9 мая в путинской россии давно перестало быть днем памяти.
Это уже не про людей, которые воевали против нацизма. Не про семьи, потерявшие родных. Не про миллионы погибших, не про цену войны, не про молчание у могил и не про понимание того, почему такая катастрофа не должна повториться.
День, который путинский режим десятилетиями превращал в инструмент пропаганды, культа силы и продвижения «русского мира». День, когда память о Второй мировой войне захватили те, кто сам развязал новую войну в Европе.
И вот 9 мая 2026 года москва получила почти идеальную иллюстрацию собственного падения: парад на Красной площади прошел без военной техники, всего около 45 минут, с солдатами КНДР в строю, сбоями мобильного интернета и истерикой российских пропагандистов после указа Владимира Зеленского, который «разрешил» россии провести этот парад.
Киев за три дня, говорили они.
Ну да.
Теперь Киев указывает координаты Красной площади и временно исключает их из планов применения украинского вооружения.
Как 9 мая стало инструментом «русского мира»
Советская и постсоветская пропаганда годами вбивала в головы людям простую и удобную схему: победа над нацизмом якобы была почти исключительно победой «советского народа», а в российском варианте — почти личным наследием москвы.
Это была сознательная подмена.
День капитуляции нацистской Германии в Европе отмечается 8 мая. Именно так память о победе и окончании войны воспринимает большинство европейских стран. Украина окончательно отказалась от советского формата «Дня победы» и вместе с Европой чтит 8 мая как День памяти и победы над нацизмом во Второй мировой войне.
И это принципиально другой смысл.
Не «можем повторить».
Не танки на площади.
Не ленточки, милитаристские лозунги и коллективный угар.
А память, скорбь, человеческие потери и понимание страшной цены войны.
Украина потеряла миллионы людей во Второй мировой. Украинские земли стали одним из главных театров боевых действий в Европе. Поэтому для украинцев эта дата не может быть карнавалом имперской гордости.
Символом памяти стал красный мак — знак трагедии войны и ответственности перед будущим.
Сегодня этот смысл звучит еще больнее, потому что Украина снова воюет против агрессии, тоталитарного насилия и нового зла, которое все чаще называют рашизмом.
Почему российский культ 9 мая стал моральной подменой
Подвиг тех людей, которые действительно воевали против нацизма, может жить только в памяти семей, в честной истории и в головах думающих людей.
Но путинская россия сделала другое.
Она взяла этот подвиг и превратила его в политический ресурс. В оправдание новых войн. В культ силы. В инструмент дрессировки общества, которому десятилетиями повторяли: если надо — повторим.
И повторили.
Только уже не освобождение, а нападение.
Не борьбу с нацизмом, а разрушение украинских городов.
Не защиту мира, а мобилизацию ненависти.
Поэтому нынешнее 9 мая в москве — это не день победы. Это день порабощения памяти. День, когда государство, наследующее НКВД, ГУЛАГу, депортациям и имперскому насилию, пытается прикрыться именами тех, кто воевал против Гитлера.
И чем громче россия кричит о «победе», тем яснее видно, что она украла ее у мертвых.
Парад позора: без техники, но с солдатами КНДР
Парад 9 мая 2026 года на Красной площади стал одним из самых показательных за последние годы. По данным медиа, впервые с 2007 года он прошел без военной техники.
Министерство обороны страны-агрессора объяснило отсутствие техники «текущей оперативной обстановкой».
Очень удобная формулировка.
На языке реальности это звучит проще: техника нужна на войне, техника горит, техника уязвима, а центр москвы больше не ощущает себя безопасной сценой для имперского спектакля.
Парад продолжался всего около 45 минут. В нем, по сообщениям СМИ, не участвовали учащиеся суворовских и нахимовского училищ. Зато отдельной колонной впервые официально прошли солдаты КНДР, которые воевали в Курской области.
Картина получилась почти символическая: россия, которая десятилетиями рассказывала о собственной «великой державности», теперь выводит на Красную площадь северокорейских военных.
Не техника.
Не мощь.
Не уверенность.
А импортная диктатура в строю рядом с диктатурой местной.
Кто приехал к путину
Список иностранных гостей тоже говорил сам за себя.
К путину приехали белорусский союзник Александр Лукашенко, лидеры Лаоса и Малайзии, а также представители непризнанных Абхазии и Южной Осетии. В Москву также прибыл словацкий премьер Роберт Фицо, хотя он заявлял, что на сам парад не пойдет.
В последний момент, судя по сообщениям, в российскую столицу прибыли главы Казахстана Касым-Жомарт Токаев и Узбекистана Шавкат Мирзиёев.
Для режима, который мечтает выглядеть центром альтернативного мира, это слабая сцена. Много пафоса, мало реальной силы.
И отдельно — сбои мобильного интернета в Москве. Жители жаловались, что не открываются банковские приложения, мессенджеры, сайты, СМС и даже некоторые сервисы из так называемого «белого списка». Поступали сообщения и о проблемах с телевидением.
То есть москве устроили праздник победы так, что собственным гражданам пришлось жить в режиме цифрового затемнения.
Парад безопасности?
Скорее парад страха.
Указ Зеленского и истерика российских пропагандистов
Самым болезненным ударом по 9 мая в москве стала даже не пустая площадь без техники.
Главным информационным событием стал указ президента Украины Владимира Зеленского №374/2026, подписанный 8 мая. В нем говорилось о «разрешении» россии провести парад 9 мая на Красной площади с гуманитарной целью, после переговоров с американской стороной.
В документе было указано, что на время парада — с 10 часов утра по киевскому времени — территориальный квадрат Красной площади исключается из плана применения украинского вооружения. Там же были опубликованы координаты этого квадрата.
И тут российских военкоров прорвало.
Одни назвали это «демонстративным унижением». Другие — «информационной спецоперацией». Третьи увидели в координатах «целевказание под видом дипломатического жеста».
Пропагандистские каналы начали писать, что Киев якобы показал: проведение парада в столице россии теперь зависит от росчерка пера Зеленского и точности украинских полетных заданий.
Вот это и есть главное.
Они сами это поняли.
Они сами произнесли вслух то, что кремль хотел бы скрыть: сакральная Красная площадь уже не выглядит неприкосновенной. Главный парад режима проходит не в атмосфере силы, а в атмосфере согласований, угроз, переговоров, страха перед украинскими возможностями и нервной охраны неба.
Для читателей НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency этот сюжет особенно понятен. Израильское общество знает, что такое война смыслов, психологическое давление, символические даты, заложники, пленные, перемирия и попытки врага превратить память в оружие. Поэтому украинский удар по российскому 9 мая был не только медийным троллингом, но и точной операцией по разрушению имперского мифа.
Почему Зеленский говорил не о площади, а о пленных
Важно не потерять главное.
За указом стояла не просто ирония. Зеленский объяснил: в последние дни было много обращений и сигналов о «конфигурации» 9 мая в Москве на фоне украинских дальнобойных санкций. Принцип зеркальности в действиях Украины хорошо известен российской стороне.
Но дополнительным аргументом для Киева стало одно из ключевых гуманитарных вопросов войны — освобождение военнопленных.
Зеленский сказал прямо: Красная площадь для Украины менее важна, чем жизнь украинских пленных, которых можно вернуть домой.
В рамках переговорного процесса при посредничестве США Украина получила согласие россии на обмен военнопленными в формате 1000 на 1000. Также должен был быть установлен режим тишины 9, 10 и 11 мая.
Именно поэтому ситуация оказалась для москвы унизительной вдвойне.
С одной стороны, Украина показала, что видит Красную площадь как объект психологического значения.
С другой — сказала: сегодня мы не бьем по вашему символу, потому что выбираем вернуть своих людей.
Это очень сильная позиция.
Не слабость.
Не уступка.
А контроль над моментом.
Почему 9 мая в россии уже не работает как раньше
Российские пропагандисты сами признали, что указ Зеленского обсуждали активнее, чем подготовку к параду. Это и есть поражение кремля в информационном поле.
Вместо монолитной картинки «великой победы» аудитория увидела совсем другое: парад без техники, северокорейских солдат, интернет-сбои, нервные комментарии, угрозы Захаровой, раздражение Пескова и страх военкоров перед украинскими координатами.
Путинский спектакль был поставлен.
Но режиссерский комментарий написал Киев.
И в этом вся ирония 2026 года.
Украина, которую собирались стереть, теперь разрушает главный миф российской пропаганды не только ракетами и дронами, но и текстом официального указа. Одним документом она показала, что 9 мая в москве больше не принадлежит только москве.
Эта дата стала полем войны смыслов, где россия уже не диктует правила.
Парад позора на Красной площади оказался не праздником силы, а демонстрацией зависимости, страха и внутренней пустоты режима.
Без техники.
С КНДР.
С отключениями.
С истерикой.
С координатами Красной площади в украинском документе.
И с очень простой исторической правдой: память о победе над нацизмом не может принадлежать государству, которое само ведет захватническую войну.
Поэтому 9 мая в путинской россии больше не день победы.
Это день, когда режим пытается маршировать по чужой памяти — и все громче слышит, как под ним трещит собственный миф.